Наши партнеры:

Яндекс.Метрика

Вход

  
Октябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

счетчик посещений

Нет пенсионной реформе!

Профсоюзная кампания против повышения пенсионного возраста!

Трудовой “сговор”

В Москве прошла конференция Всеевропейского регионального совета и бюро по делам трудящихся Международной организации труда.

Кризис в экономике не лечится сокращением расходов на персонал, а вот наоборот — возможно. Минимальный размер оплаты труда подобен позвоночнику, на который опасно вешать все составляющие зарплаты. Международные обязательства по охране труда ничего не стоят без сильных профсоюзов в конкретной стране.

К этим и другим выводам пришел корреспондент “Солидарности”, посетив субрегиональную конференцию ВЕРС-МОТ, прошедшую в Москве 17 — 18 декабря.

 

На прошлой неделе в Москве прошла субрегиональная конференция ВЕРС-МОТ (Всеевропейского регионального совета и бюро по делам трудящихся Международной организации труда). 85 представителей профсоюзного движения из 17 стран Европы и СНГ собрались, чтобы обсудить роль профсоюзов в процессе достижения достойной заработной платы. Как выяснилось, проблемы с этим есть не только на постсоветском пространстве, где многие страны до сих пор даже не ратифицировали некоторые конвенции МОТ, но и в развитых странах, где доля трудовых доходов в последнее время постоянно снижается.

НЕПРАВИЛЬНОЕ “ЛЕЧЕНИЕ” КРИЗИСА

Выступление главного специалиста по социальной защите Субрегионального бюро МОТ в Москве Марико Оучи представляло собой краткое резюме доклада МОТ “Заработная плата в мире в 2012 — 2013 годах”. В докладе, в частности, говорится, что во всем мире рост заработной платы в реальном ее выражении по-прежнему сильно отстает от докризисного уровня.

Так, если в 2010 году реальная (с учетом инфляции) средняя зарплата в мире выросла на 2,1%, то в 2011 — всего на 1,2%. Конечно, по среднему показателю реальную картину увидеть довольно трудно. Дворник и топ-менеджер Газпрома могут получать “в среднем” сотни тысяч рублей в месяц, и эти сотни тысяч сами по себе не говорят ровным счетом ни о чем. Специалистам МОТ это прекрасно известно, и поэтому они попробовали убрать из расчетов нынешнего “топ-менеджера” — Китай. Так вот, без учета Китая рост реальной средней заработной платы в странах мира в 2011 году составил… 0,2% по сравнению с 1,3% в 2010.

Особый интерес для россиян в докладе МОТ должен представлять анализ соотношения роста производительности труда и роста зарплаты. Так, реальная почасовая производительность труда в нефинансовом корпоративном секторе США выросла с 1980 года более чем на 85%, в то время как реальная почасовая оплата труда — на 35%. А, например, в Германии, согласно подсчетам МОТ, за последние 20 лет производительность труда выросла почти на четверть, а реальная зарплата осталась на прежнем уровне. Тенденцию, описанную этими примерами, специалисты связывают с несправедливым распределением дохода в большинстве стран мира. То есть доля труда сокращается, а доля капитала — увеличивается.

Как можно в этих условиях верить российскому бизнесу, вот уже не первый год повторяющему, как мантру: “Больше произведете — больше получите”? На первый взгляд, тезис отсылает нас к знаменитому советскому плакату: “Как работал — так и заработал”, но на деле — гораздо дальше… В пример можно привести российских бюджетников, которые, в большинстве своем, могут получать более-менее приличные деньги только засчет совместительства и переработок.

Это может быть связано (и не только в России) с тем, что принимающие решения люди не уделяют должного внимания труду как экономической категории. Как неоднократно говорила зампред ФНПР Нина Кузьмина, управленцы рассматривают заработную плату исключительно как издержки экономической деятельности. А у экономического блока российского правительства заработная плата и вовсе “идет в одном ряду с пособиями”.

Марико Оучи, повторяя выводы МОТ, говорит о том, что связь между производительностью труда и размером зарплаты должна быть обязательно. Но это не значит, что работники сейчас должны “дотягиваться” интенсивностью труда до уровня прибылей нанимателей. Приведенные выше цифры позволяют сделать вывод о том, что это как раз наниматели должны “подтянуть” зарплаты до уровня реально произведенного. В этом свете очень значимыми представляются следующие выкладки МОТ:

“Сокращение доли труда не только порождает ощущение несправедливости — в частности, в свете растущего внимания к чрезмерно завышенному уровню оплаты труда руководящих кадров и в финансовом секторе, — но и подрывает потребление домохозяйств, и тем самым может привести к дефициту совокупного спроса”. Иными словами, “нет ног — нет мультиков”: когда рабочему нечего тратить, производителю незачем, собственно, производить.

Специалисты МОТ отмечают, что часто искусственное занижение себестоимости рабочей силы играет роль своего рода антикризисной меры, способствующей наращиванию объемов экспорта. Однако это не только несправедливо по отношению к наемным работникам, но и недальновидно в смысле глобальности экономических процессов. “Одновременное сокращение заработной платы в большом числе стран для получения конкурентного преимущества может привести к “гонке на понижение” доли труда, и тем самым — к сокращению совокупного спроса”, — говорят экономисты от профсоюзов.

Отсюда Марико Оучи делает очевидный вывод: для преодоления кризиса в частности и поддержки экономики в общем необходимо защищать права наемных работников в части гарантий увеличения их реальных доходов. Вопрос в том, как это сделать.

ПЛЯСАТЬ ОТ МРОТ

— Если говорить о России и о многих других европейских странах, то важное место в определении заработной платы, в ее регулировании со стороны профсоюзов занимает такое понятие, как минимальный размер оплаты труда, — напомнил председатель ФНПР Михаил Шмаков. — И многие развитые капстраны, включая Британию, Германию, сегодня такой показатель в свою экономическую политику вводят. Естественно, МРОТ в разных странах различается. Если говорить о России, то особо похвалиться нечем.

Напомним, с 1 января текущего года МРОТ в России составляет 5205 рублей в месяц, а прожиточный минимум для трудо-способного населения — 8014 рублей (по итогам III квартала 2013 года). Правда, с начала следующего года нас ждет увеличение МРОТ на целых… 349 рублей. Стоит напомнить, что прожиточный минимум — это вообще-то и есть та самая “черта бедности”. (По данным Росстата, в стране за ней находятся около 17% граждан. Другой вопрос — считать ли, что тот, кто получает, скажем, 8015 рублей, имеет нормальный достаток?)

При этом профсоюзная сторона Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений отмечала, что методика расчета МРОТ не поддается логике. Непонятно, от чего вообще зависит размер “минималки”. Профсоюзы считают, что логично — и более-менее справедливо — было бы привязать МРОТ к прожиточному минимуму. “Более-менее” — потому что, по мнению специалистов ФНПР, МРОТ должен стремиться к минимальному потребительскому бюджету, показатель которого примерно в 2 — 2,5 раза выше ПМ. Однако в актуальных российских условиях и первая задача чрезвычайно трудна.

— Сейчас завершаются переговоры по подписанию нового Генсоглашения в России между правительством, профсоюзами и объединениями работодателей. В разногласиях самым главным является вопрос, связанный с МРОТ: что включать в это понятие, а что не включать, — продолжает Михаил Шмаков. — Основной спор развернулся вокруг того, включать ли в сумму МРОТ компенсационные и стимулирующие выплаты, или МРОТ — это чистый тариф за “простую работу в обычных условиях”. Мы настаиваем на том, что это чистый тариф первого разряда простой трудовой деятельности. Однако работодатели, и крупнейший работодатель — государство, в лице правительства, настаивают на том, что все выплаты надо включать в размер этого показателя.

На МРОТ в России завязаны все зарплаты, он является основой тарифных систем на всех предприятиях, во всех системах оплаты труда. И если включать в него, например, стимулирующие выплаты, то получится некая “пробуксовка” трудового процесса. В том смысле, что “стимул”, условно говоря, зависит от нормы выработки и по определению является надстройкой над минимально гарантированной оплатой труда.

Можно пойти и дальше. По российским законам, платить работнику меньше, чем МРОТ, работодатель не имеет права. Представим себе случай, когда работник скажет: “Все равно не имеет права”, — и не будет стремиться к пресловутому повышению производительности труда вовсе. Как в советском НИИ. Впрочем, это уже утопия, и работодатели это прекрасно понимают и невозбранно пользуются. Хочешь жить — умей вертеться, благо способов “закрутить” у начальства вагон и маленькая тележка.

— Достойная заработная плата зависит от уровня издержек человека и его семьи для покрытия своих ежедневных нужд, плюс определенная часть заработной платы должна оставаться на духовное и другое развитие трудящегося и его семьи, — подчеркнул председатель ФНПР.

Тем временем, как сообщает издание “РБК”, “Минтруд планирует довести размер МРОТ до величины прожиточного минимума к 2018 году”. Такое вот волевое решение…

КОНВЕРТИРОВАТЬ КОНВЕНЦИИ

Одной из гарантий достойного труда, как было сказано выше, является ратификация и выполнение странами конвенций Международной организации труда. МОТ существует с 1919 года и конвенций за прошедшее время выработала немало, но основу составляют 10 из них. Как отметила Марико Оучи, не все страны готовы ратифицировать даже “базу”. Так, Россия согласилась пока что только с шестью документами, а Казахстан всего с тремя.

Армения, например, ратифицировала все десять, но даже это не гарантирует армянам достойный труд. Начальник миграционной службы Министерства территориального управления республики Гагик Еганян в интервью радио “Голос России” 9 декабря говорил о том, что с начала 1990-х годов из его страны эмигрировало около 1,3 млн человек, и три четверти из них в качестве причины отъезда назвали трудности с получением работы и низкую ее оплату. Это при всем при том, что на данный момент население Армении составляет всего около 3 млн человек…

— 131-я конвенция, в которой установлена процедура установления минимальной заработной платы, пока в России не ратифицирована, — говорит секретарь ФНПР Олег Соколов. Однако, по его словам, на одном из недавних совещаний рабочей группы РТК представители Минтруда “посчитали возможным” принятие этой конвенции МОТ. Остается надеяться, что ее примут в полном объеме. Ведь оказывается, можно ратифицировать конвенции и частично. Так было, например, с ратификацией Россией 173-й конвенции — о защите требований трудящихся в случаях неплатежеспособности предпринимателя. Наши власти согласились на выполнение только второго ее раздела, который гарантирует привилегии в отношении требований работников к работодателям. (Многим читателям, должно быть, знакомо выражение “кредиторы первой очереди”.)

— Но есть еще раздел, в соответствии с которым заработная плата работников в случае банкротства предприятия может быть защищена при помощи гарантийных учреждений, — поясняет Олег Соколов. — В этой части конвенция не была ратифицирована Россией. Однако сейчас во многом удается продвинуть позицию нашей стороны в вопросе принятия законопроекта, где будет прописана такая возможность.

Бывают, однако, случаи, когда гарантии, прописанные в конвенции МОТ, уже существуют в том или ином виде в местном законодательстве, и улучшения в жизни наемных работников зависят просто от исполнения уже существующих законов. Так, в соответствии со ст. 7 Конституции РФ, Россия провозглашается социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Этой же статьей устанавливаются гарантии по минимальному размеру оплаты труда. А ст. 37 устанавливает право каждого на труд и на вознаграждение за него без какой-либо дискриминации и не ниже установленного ФЗ МРОТ.

— Далее тема раскрывается уже в Трудовом кодексе, — продолжает спикер от ФНПР. — В частности, ст. 2 устанавливает основные принципы правового регулирования трудовых отношений. Один из них гарантирует право каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное существование гражданина и его семьи. Я обращаю ваше внимание: у нас в ТК прописана норма, которая, к сожалению, не выполняется. Я также хочу обратить внимание на то, что фактически ратификации 131-й конвенции в России и не требуется даже. В нашем национальном законодательстве есть нормы даже более высокого порядка, чем 131-я конвенция (собственно Конституция и ТК. — П.О.). Но, к сожалению, особенность российского законодательства в том, что нормы декларируются, но далеко не всегда выполняются. Но закон — правовая основа для действий, и у нас она есть, чтобы добиваться реализации этих норм. В том числе и через коллективные переговоры.

ПРИОБРЕТАЙТЕ “АКЦИИ”!

Подводя итог, можно сказать, что “ТК у нас обилен — порядка только нет”. Что же, на то и существуют профсоюзы, чтобы его наводить. Способов добиться достойной зарплаты и соблюдения трудовых прав много — от участия в законотворческой деятельности до устраивания акций протеста. В последнем, в частности, замечены, коллеги ФНПР по профдвижению — Межрегиональный профсоюз “Рабочая ассоциация” (до недавнего времени — Межрегиональный профсоюз работников автопрома). Председатель первичной профсоюзной организации МПРА ООО “Фольксваген груп РУС” (Калуга) Дмитрий Трудовой рассказал участникам конференции о некоторых из этих акций.

Самый бесшабашный пример — события 5 апреля этого года. Поводом к протесту послужили несправедливый рабочий график и неполная оплата работы в выходные. Около 400 рабочих буквально вторглись в офисное здание и, заняв первый этаж, стали скандировать лозунги “так, что стекла дрожали”. Затем они в поисках уже скрывшегося с места руководства прорвались мимо охраны на второй этаж. Офисные работники, по воспоминаниям Дмитрия, в ужасе прятались под столами. Но никого, конечно, рабочие трогать не собирались. А дирекция предприятия, не ожидавшая такого накала страстей, в результате пошла навстречу работникам.

В другом случае рабочим вместо премиальных раздали под новый год дорогие пирожные с кремом. Возмущенные мужики, уходя с работы, закидали ими многострадальное здание. В третьем (неясно, идет ли речь о калужском “Фольксвагене”), после ухудшения условий труда, распространяли всюду информацию о том, что продукция из-за усталости рабочих выходит настолько плохая, что лучше ее не покупать. Руководство предприятия, боясь репутационных издержек, пошло на попятный.

Козырь возможной потери репутации предприятия используют и профсоюзы системы ФНПР, но предпочитают действовать строго в рамках закона. (Нельзя сказать, что действия членов МПРА были незаконными, но в акционизме важно не переборщить.) Так, зампред профсоюза работников АПК Галина Юрова напомнила о ситуации на предприятии “Nestle-Пермь”. В 2007 году, когда в регионе резко подскочили цены на продукты, работники кондитерской фабрики потребовали соответствующего увеличения зарплат, но руководство соглашалось только на мизер, и то без закрепления результатов общения в официальных протоколах. Тогда, помимо проведения пикетов, профком предприятия и ЦК профсоюза сделали ставку на международный резонанс и надавили на работодателя через Международный союз работников пищевой и табачной промышленности, сельского хозяйства, ресторанного и гостиничного обслуживания, общественного питания и смежных отраслей (IUF). Nestle — крупная интернациональная компания, и репутационный скандал ей, как и ожидалось, был совсем не нужен (см. “Солидарность” № 48, 2007; №№ 2, 3, 6, 7, 16, 23, 2008).

Уже в начале этого года набрал обороты новый конфликт на предприятии: профком потребовал перевода в штат нескольких десятков сотрудников компании, занятых на производстве через частное агентство, то есть не состоящих в штате. В результате активных действий профсоюза и поддержки зарубежных коллег в штат было принято около 200 человек — с запротоколированным планом увеличения их числа (см. “Солидарность” №№ 4, 5, 13, 2013). По словам Галины Юровой, сейчас настало время снова напомнить работодателю о правах работников…

При этом не стоит забывать о том, что участие в законотворчестве и диалоге с заинтересованными сторонами, отстаивание своей позиции на дискуссионных площадках — это тоже action, то есть действие…

Источник — газета «Солидарность»:    http://www.solidarnost.org/articles/articles_2850.html

Добавить комментарий

Текущая величина ММТС в АО «ДРСК» c 1 июля 2018 г. равна 7 935 рублей.